Лев Николаевич Гумилев

Оригинал взят у saygotakamori в Лев Николаевич Гумилев

Лев Николаевич Гумилев - одна из наиболее ярких, хотя и спорных фигур в истории отечественной исторической мысли. В глазах своих немногочисленных учеников и многочисленных поклонников Гумилев был величайшим ученым, основоположником новой науки, гением. Оценки большинства коллег-историков и этнографов были в лучшем случае сдержанными, а подчас и резко негативными.

Еще при жизни Гумилева его работы подвергли резкой критике востоковеды (К. Васильев, С. Кляшторный). этнографы (Ю. В. Бромлей, В. И. Козлов), историки (Б. А. Рыбаков, Я. С. Лурье). Более того, Козлов, В. А. Шнирельман, Л. С. Клейн указывали, что теория Гумилева опасна, безнравственна и политически вредна. На сайте просветительского журнала "Скепсис" существовал особый раздел под характерным названием: "Лжеученый Гумилев".

Уже само происхождение предопределило многое в его судьбе. Как известно, Лев Николаевич был сыном Анны Ахматовой и Николая Гумилева. Он увидел свет 18 сентября (1 октября по н.ст.) 1912 г. в родильном приюте императрицы Александры Федоровны на 18-й линии Васильевского острова. Через несколько дней ребенка перевезли в Царское Село и 7 октября (ст.ст.) крестили в Екатерининском соборе.

Жена Дмитрия Гумилева, А. А. Гумилева-Фрейганг, утверждала, что ребенок с первого дня был "всецело предоставлен" бабушке, она eго "выходила, вырастила и воспитала". Вряд ли это было вполне так. Но постепенно, с молчаливого согласия родителей, воспитание Гумилева и в самом деле перешло в руки бабушки (А. И. Гумилевой, в девичестве - Львовой). Обратим внимание на воспоминания В. С. Срезневской, подруги Ахматовой с гимназических лет. Считается, что мемуары отредактированы самой Ахматовой, если не написаны под ее диктовку. В сущности, это версия Ахматовой: "Рождение сына очень связало Анну Ахматову. Она первое время сама кормила сына и прочно обосновалась в Царском". Но понемногу "Аня освобождалась от роли матери в том понимании, которое сопряжено с уходом и заботами о ребенке: там были бабушка и няня". Так было принято среди женщин их круга.

Николай Степанович тоже был доволен, что "его сын растет под крылом, где ему самому было так хорошо и тепло". Если отец бывал дома, он охотно играл с ребенком в войну, в индейцев, в путешественников. Только вот свободного времени у него было немного. Лев Николаевич в поздних интервью с сожалением утверждал, что своих родителей в детстве почти не видел.

В Царском Селе Гумилевы жили с сентября по май. На лето семья уезжала в родовое имение Львовых Слепнево, где сохранялись патриархальные традиции, которые Ахматова называла "китайской церемонией" или "XVIII веком".

Между тем, с начала первой мировой войны дворянская идиллия Слепнева постепенно разрушалась. Николай и Дмитрий Гумилевы ушли на фронт. Имение уже не давало прежнего дохода. Весной 1916 г. дом в Царском Селе пришлось продать. А вскоре после Февральской революции жить в Слепневе стало опасно. Крестьяне грозились сжечь барскую усадьбу. Осенью 1917 г. Гумилевы навсегда покинули Слепнево и перебрались в соседний г. Бежецк.

В мае 1921 г. в Бежецк в последний раз приехал Николай Гумилев. О его гибели в августе 1921 г. Гумилевы, по свидетельству А. С. Сверчковой, тетки Льва Гумилева, узнали из газет. Гумилев-младший на долгие годы получил клеймо "сын расстрелянного врага народа". "В школе положение было сложным, ибо началось гонение на людей с "происхождением", - вспоминал впоследствии Л. Н. Гумилев. Читать дальше
С.С. Беляков